02:58 

А вот!

Shibuichi
Секрет


…Эльдар вступали в брак единожды в жизни, по любви или хотя бы по свободной воле с обеих сторон…
(с) Законы и обычаи эльдар


Маленький Эрейнион открыл окно и, цепляясь за увивший стену плющ, ловко спустился вниз. Amme решила, что он уже заснул, и ушла к себе, оставив ему полную свободу действий. Ха! Как можно спать, когда дома гости? Да еще какие гости – тот самый дядя Майтимо, о котором atta так много рассказывал! Когда он только приехал, мальчик сперва глазам своим не поверил. Посреди внутреннего дворика точно запламенел кроной молодой клен – именно на него со своей ярко-рыжей гривой и огромным ростом походил родич отца. Эрейнион и не знал, что эльдар бывают такими высокими. Что он не преминул сказать гостю. Дядя Майтимо в ответ рассмеялся и предложил проехаться у него на закорках, если, конечно, он, Эрейнион, не боится высоты. Мальчик с восторгом согласился и весь остаток дня не отпускал дядю от себя, показывая свои игрушки, любимые «лазательные» деревья и укромные тайники в саду. Когда начало смеркаться, amme еле уговорила Эрейниона выпить теплого молока и лечь в постель – а ведь он еще так много хотел рассказать новому другу! Вот мальчик и решил немного схитрить. Претворился спящим, а когда amme ушла, незаметно выскользнул из своей комнаты и теперь бесшумно крался по саду, точно маленькая ящерка. Звук шагов и тихой беседы заставил Эрейниона буквально слиться с густыми кустами смородины. Разговаривали двое, и, судя по голосам, это были atta и дядя Майтимо. Вот так незадача. Похоже, поиграть еще сегодня не удастся. Расстроенный мальчик уже хотел отползти через заросли обратно и вернуться к себе в комнату, но остановился, внезапно услышав в разговоре старших свое имя.
-…Я рад, что вы с Эрейнионом понравились друг другу, - говорит atta. Только тон для такой простой фразы какой-то неправильный. Слишком напряженный.
- Как мы могли друг другу не понравиться? Это ведь твой сын, Финьо, и к слову, он невероятно похож на тебя, - эти слова дяди Майтимо вызвали у Эрейниона радостную и гордую улыбку, но последующая пауза заставила его насторожиться.
- Прости, - наконец произнес atta совершенно не своим, хриплым и глухим голосом.
Мальчик расстроено нахмурился. Неужели atta чем-то обидел своего друга? Ответ Майтимо окончательно поставил его в тупик:
- За что ты просишь прощения? За сына, которого я бы никогда не смог тебе дать? Не говори глупостей, Отважный.
Сына? Это они о нем? Неужели он, Эрейнион, что-то сделал не так?
- За то, что так поступил с тобой. За то, что не нашел иного выхода, кроме как подчиниться отцу.
Ага, значит, это все-таки atta сделал что-то плохое. Но что? И как вообще он мог что-то плохое сделать?
- Тогда уж и на мне вина – я мог бы увезти тебя, несмотря на то письмо, где ты рассказывал о случившемся и просил не приезжать. В конце концов, за свое счастье нужно бороться.
Эрейнион окончательно перестал понимать о чем они говорят. И причем здесь дедушка Нолофинвэ?
- Как бы ты увез меня? Взяв штурмом Барад-Эйтэль? Теперь уже ты не говори глупостей. К тому же, именно этого я и боялся – столкновения двух самых близких мне эльдар. Отец ведь грозился убить тебя, когда наконец догадался, что происходит между нами, - даже не видя лица atta, можно было представить, как по его губы растянула кривая и злая усмешка.
-Наверно и мерзким совратителем называл? – тон, которым Майтимо произнес это незнакомое Эрейниону слово, изрядно напугал мальчика. В нем горечь мешалась с тщательно сдерживаемым, но от того не менее страшным, гневом.
- Много кем. На это я ответил, что никому и никогда не дам к тебе даже пальцем прикоснуться. После этого отец поостыл и выдвинул условия. Он обещал не трогать тебя, даже сказал, что не будет мешать мне видеться с тобой и посылать тебе письма. Но взамен он хотел наследника.
- Я знаю, ты писал об этом.
- Ну вот, я снова оправдываюсь перед тобой, как будто у меня могут быть какие-то оправдания…
- Давай не будем снова играть в любимую игру «кто виноват больше?». Скажи лучше – любишь ли ты ее? Сына-то своего ты, без сомнения, любишь.
- Она мой близкий друг. Я доверяю ей, и мы уважаем друг друга...
- Проклятье, да или нет!? – голос звенит, как перетянутая струна.
Тишина. Такая бывает в грозу – между проблеском молнии и особо страшным раскатом грома. В этот момент Эрейниону очень захотелось оказаться где-нибудь подальше отсюда – желательно у себя в кровати, чтоб можно было с головой закутаться в одеяло и ничего не видеть и не слышать. Но напряжение внезапно спало. По-видимому, atta ответил-таки на вопрос, но не словами, а жестом. Буря прошла стороной - вместо громового раската раздался лишь долгий облегченный вздох. Уже гораздо более спокойным тоном дядя Майтимо спросил:
- А она?
- Посуди сам. Я был близким другом ее погибшего мужа. После его смерти я часто заглядывал к ней домой, чтобы хоть как-то отвлечь и не дать полностью уйти в свое горе. Она жила одна – из родных у нее никого не осталось. А когда все открылось, я в полнейшем отчаянии пошел к ней и рассказал, чего от меня требуют. Я знал, что она мечтает о сыне и по горло сыта одиночеством. Выслушав меня, она согласилась. Видимо, решила, что вместе нам легче будет свыкнуться с мыслью, что мы навсегда потеряли своих близких.
- Почему навсегда, Финьо? Я же, вроде как, еще жив… Вернее, снова жив…
- Нэльо, мы не виделись с тобой восемь лет. Все эти годы я был уверен, что противен тебе. Я ведь предал тебя. Обратил все то, что нас связывало, в пыль. Прошу, не давай мне ложных надежд.
- А если они не ложные?
- Пожалуйста, не мучай меня…
- Финьо, как ты можешь быть мне противен?
- Но я же себе противен!
- Дурак. И я тоже хорош. Я не мог приехать к тебе, потому что боялся. Боялся, что сорвусь на тебя, нагрублю или наделаю еще каких глупостей. А сильнее всего боялся, что больше не нужен тебе. Что у тебя теперь жена и сын, и все спокойно и правильно… Я просто не знал, как теперь быть и что сказать. И трусил, да. Отчаянно трусил.
- Спокойно и правильно? Мне? Без тебя?
- Прости…
-… Пойдем, я покажу тебе окрестности. Здесь все сильно изменилось с твоего последнего приезда.
- Мы тоже сильно изменились.
- Да, ты прав. Придется заново привыкать друг к другу. И начать лучше прямо сейчас, ведь ты к нам, как я понимаю, не слишком надолго? Молчи, не говори ничего… Нам всегда не хватало времени, я помню. Просто дай мне руку и не отпускай.
Голоса смолкли, а вскоре не стало слышно и шагов. Эрейнион наконец рискнул выглянуть из своего убежища. Сказать, что мальчик был сбит с толку, значило не сказать ничего. Но одно он понимал точно – услышанная им беседа была очень личной, и не предназначалась для чужих ушей. У atta и Майтимо был какой-то секрет ото всех, а секреты Эрейнион хранить умел. Когда-нибудь он непременно поймет, о чем говорили старшие, а пока надо ложиться спать.
Зевнув, мальчик отправился к себе в комнату.
Сад опустел.

@темы: творчество, тексты

URL
Комментарии
2011-02-26 в 00:46 

Shibuichi
Melindo, я таки жду от тебя текста того самого письма, а то у меня ж процесс стоит )

URL
2012-08-25 в 02:38 

Исфин
Зверь самый лютый жалости не чужд. Я чужд. Так значит я не зверь...
Красиво и без пошлости. Мне очень понравилось. :)

2012-09-26 в 16:58 

Shibuichi
Исфин, спасибо :red: мы конечно пишем в первую очередь для себя, но бесконечно рады, когда доставляем удовольствие другим :beer: у Косоносца вообще талант описывать очень интимные и глубокие переживания без пошлости, это я тупой фанат энцы :shy: которая вообще-то к этому етксту тоже потенциально прилагается :eyebrow:

URL
     

eagle-for-two

главная